ФОБОС: погода в г.Благовещенск

Польша. Привет из Закопане

Здравствуй, Польша! Столько лет я мечтал об этой встрече!
Ты Мицкевича сонет и костелов старых свечи…

Почему, собственно, «Привет из Закопане»? Просто так – условный рефлекс

… Дело в том, что это название я знаю с далекого детства, лет с четырех, когда я только научился читать. Причем именно устойчивым словосочетанием. Ярких воспоминаний детства два.

Первое – цитата из книги польской писательницы Стефании Гродзинской – герой рассказа долго думал как поздравить начальника так, чтобы он, начальник, героя запомнил, и не придумал ничего лучшего, чем отправить «телеграмму-молнию с немедленным вручением». pol-05-img_2932_lОн своего добился. «Я этого Ковальского запомню, гремел начальник, получив телеграмму-молнию с немедленным вручением «Привет из Закопане», в три часа ночи». За точность цитаты не ручаюсь, книга давно мною утеряна, но вот он – «Привет из Закопане»! Похоже польский юмор я понимал уже тогда.

А заодно смутно догадывался, что Закопане это польский курорт и что почта в Польше чем-то отличается от нашей. Второе воспоминание относится к польскому же художнику Збигневу Ленгрену. Его я цитирую вполне точно, поскольку это рисунок. Из рисунка вполне понятно, что либо Закопане, либо Фаленица горы.
И вот, спустя три десятилетия, появилась возможность посмотреть правде в глаза. Так что привет из Закопане!

Ехать на новый год на Эльбрус или в Домбай дело заведомо бесперспективное, в это время года гарантированны только цены и очереди, а вот порядочного катания может и не быть… Но поскольку зима началась и кататься очень хотелось, пришлось искать альтернативу за границей. По рекомендации друзей выбор пал на Закопане. В самом деле, почему бы благородному дону не покататься вволю, а заодно и Польшу посмотреть? Забегая вперед, скажу, что тут прокольчик вышел – ребята Польшей восхищались до того, как на Эльбрусе побывали, но кто же тогда об этом думал?

Правда из Ростова никто в Закопане до сих пор не ездил, но все когдато случается в первый раз. Имея координаты и цены минского туроператора я пришел в ближайшее к дому турагентство и предложил отправить меня с московской группой в Польшу. Получилось. Вот только дорога получилась какая-то длинная и с пересадкой с поезда на автобус в Минске. И долго как-то… Пришлось собрать толпу и заполнить ей автобус. Просто, чтобы не пересаживаться в Минске.

И вот в ночь с первого на второе января не до конца пришедшие в себя и объевшиеся мы погрузили лыжи в автобус и двинулись навстречу горам и снегу. Охота пуще неволи. До чего же долгой оказалась дорога! До Бреста добирались чуть больше суток, около четырех часов на границе, и вот мы в Польше. Снегом, правда, и не пахнет, но мы ведь едем в горы, а там всегда все иначе… Первая остановка в харчевне на трассе – а жизнь то налаживается!

Местные не говорят ни на каком языке кроме своего, но это настолько похоже на украинский, что объясниться труда не составляет. Местное пиво достойно похвалы, а жареные колбаски к нему того лучше. Правда нам еще ехать и ехать, а тут все обстоит не так хорошо – трасса просто утыкана знаками с ограничением скорости. От 70 в лучшем случае, до 40 в худшем. Причем в автобусе есть самописец и за превышение максимально допустимой скорости (целых 70 километров) можно пострадать и через пару часов после нарушения. Ощущение такое, что самолеты есть, а взлетных полос не построили. В общем, вся дорога заняла двое суток. Но ради лыж можно стерпеть и не такое. А самое главное – за несколько часов и пару сотен километров до прибытия на место пошел снег! Снег пушистый и влажный, но все же снег и много!

И вот долгожданное утро. А снег лепит и лепит. Мокроватый, но все же снег. Для начала отправляемся на склон под названием «Шумашкова поляна». Всего за два злотых доезжаем в маршрутке до подъемников. Тут, наверное, стоит сделать небольшое лирическое отступление на тему: «Злотые – кто они?». Это, собственно говоря, местные деньги — один злотый стоит чуть меньше десяти рублей.

Если совсем точно, то три злотых это доллар. Легко обменивается на доллар и евро и обратно, правда, разница между покупкой и продажей больше 10%. С рублями много хуже – покупают рубли за 12 рублей злотый, а продают по 6. Обидно, да? Хуже только с белорусскими рублями – там покупка с продажей отличаются в два с половиной раза. Впрочем, мы уже на склоне. Первое что бросается в глаза – касса. В кассу огромная очередь. Причем в одно из двух окошек очередь, а в другое человека три.

Очень странно – там, где три те же самые билетики на те же самые подъемники. Подъем 10 злотых, пять подъемов – 35 злотых. Нам, понятное дело, там, где пять. (Кстати, многоразовый билетик можно совать в турникет подряд, без пауз несколько раз). Креселка на шесть человек, с пластмассовым колпаком и турникетом перед ней, к креселке претензий нет, очередь разносит шустро, аж зависть берет. Сходить с нее тоже очень удобно, можно сразу ехать вниз.

Схожу. Еду. Хорошо! Но как-то хочется куда-нибудь повернуть… Еду. Вот уже метров триста на параллельных лыжах. Поворачивать некуда! Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Снег сыроватый, склон достаточно пологий, а трасса типа «Красная поляна»… А я впервые после классики на новых карвах и поворачивать некуда!

pol-05-img_3013_lНет, конечно, можно дугу другую попробовать прорезать, но это все равно, что на столе кататься… Люди, помогите! С километр трассы а ля Домбайский лягушатник и все! Ребенок спрашивает: «Папа, а когда горы будут? Где лыжная трасса?». В общем, за 350 рублей проехали по прямой пяток километров. Причем, последний раз поднявшись, спускаться не стали, а решили подзакусить наверху. Заодно стало понятно, как решается проблема с ездой в снегопад – ее здесь просто нет. На Эльбрусе в такую погоду можно просто не туда уехать, а здесь просто катишь по прямой, свернуть все равно некуда. Остается закусить и по гребню на Губаловку топать. Вон она карта, на ней какой-никакой зигзаг нарисован.

А вот с «закусить» все железно поставлено – сосиски с пивом, капуста, по-местному «бигос» называется. Удивительно – капуста, а вкусно! Видимо, потому, что капуста с мясом и грибами. Пиво, помимо обычного здесь еще бывает горячее и с сиропом.

И, что не менее удивительно, весьма недурно это горячее пиво. Вино, опять же, горячее. Чай гуральский… (Почему-то все время хочется сказать «гуцульский») Последний – напиток для серьезных мужчин, прост и незатейлив – в чашку с горячим спиртом кидается пакетик чаю — и напиток готов!

Поражают воображение избушки на склонах – как-то раньше не приходилось видеть срубы из бревнышек диаметром сантиметров 40-50. И столы и лавки внутри норовят делать из половинок тех же бревнышек. Вообще видно, что дерево здесь любят и ценят.

Очень много резьбы, но какой-то топорной, нарочито корявой. Корявой, явно специально, потому что при кажущейся простоте композиция и анатомия рисунка на высоте. Сюжеты, как правило, берутся из незатейливой гуральской жизни, в основном, пастухи да овцы. В национальном головном уборе похожи на… одичавших гусар.

Но вернемся к склону. Спускаться обратно на «Шишеву поляну» уже не хочется, что мы по лягушатнику не ездили? Зато мы сейчас на гребне горы, вдоль гребня дорожка, а от дорожки вниз бугеля… Ну, бугеля, это мелко, поэтому идем по дорожке.

Бугеля, бугеля, уже с километр то едем, то идем, а вот вроде бы и приличный склон. Сейчас мы их проверим, сейчас мы их сравним!

А называется склон «Губаловка», он чуть-чуть веселее Шишевой поляны. Некоторое оживление вносит обилие народу, который о правилах FIS, похоже, не слышал никогда, да гнутый мостик над подъемником. Подъемник заслуживает отдельного упоминания – он рельсовый.

Симпатичный вагончик, который за один заход поднимает наверх 120 человек, а бегает, что интересно, по одним рельсам со своим братом-близнецом, разбегаясь только посередине. Думаю, что за час порядка тысячи человек он поднимает. Правда, перепад высот всего метров триста, но, сдается мне, что для Польши и это круто. Впрочем, говорят, что есть еще Носаль и Каспровы верх, ажно с черными трассами…

А после ужина недурно сходить на каток… Почему на каток? Да просто за компанию и, наверное, потому что все работающие склоны (Да, да работающие до 9 вечера) осточертели за день. И по дороге заходим в детское сладкое кафе. Что ж, вполне достойно! Очень подкупает то, что все сугубо натуральное и очень вкусное. Но — детское. Приезжайте в Ростов, я вам взрослое сладкое кафе покажу.

В том плане, что ассортимент сладкого будет на порядок побольше. Но к кафе претензий нет – вкусно и, что приятно, не дорого. И еще – мне очень любопытно, что думают поляки о сумасшедших русских, которые отмечают Рождество не 25 декабря, как нормальные католики, а шестого января в десять часов вечера!

Причем все, и не сговариваясь. Мы же не виноваты, что их десять вечера — это по Москве полночь. Им еще повезло, что к ним никто из Петропавловска-Камчатского не приехал, а то бы русские в Закопане с полудня гудели…

А пока решаем, куда же нам назавтра податься… Собственно кандидатов не так уж и много. Шишева поляна, хоть и имеет креселку по уровню склона чистый бугель. На бугеля лучше сходить вечерком, после ужина, причем не идти черт знает куда, а кататься на ближайшем, в двухстах метрах от отеля. Губаловка получше, но уже порядком надоела.

Остаются Носаль и Каспров верх. Носаль (1201) считается серьезным склоном, но при ближайшем рассмотрении никакой критики не выдерживает. Он прост как пять копеек – достаточно крутой, но широкий и абсолютно ровный. Причем, двухдневного снегопада надолго не хватило, из города уже видно, как на склоне Носаля проступают рыжие пятна.

pol-05-img_2944_lА значит, местами снег стесали уже до земли. Остается только Каспров верх. Значит нам туда дорога. Тем более, в описаниях мелькают слова «черная трасса», «отвесный склон», «опытные лыжники», «порция адреналина».

Первая попытка покорения Каспрова верха не задалась. Приехав и посмотрев на очередь, мы поняли, что наши шансы попасть наверх близки к нулю, и маятник с вагончиком на 20 человек стоящую перед ним толпу за ближайшие три часа не поднимет. И решив наведаться сюда завтра с утра отправились на знакомую Губаловку месить рыжий мокрый снег. Потому что в Закопане случилось стихийное бедствие – оттепель. По всем расчетам выходило, что если лучше не станет, то к заключительному дню на Губаловке останется чистый песок. Поэтому на Каспров верх надо попадать во что бы то ни стало, хотя бы потому, что кататься больше просто будет негде.

И в качестве моральной компенсации мы после ужина пошли на бугель покуражится. С двухметровыми лыжами делать на бугеле совершенно нечего, поэтому мы ударились в другую крайность – взяли лыжи покороче. Насколько короче?. Да практически коньки! Сноублейд называется. И неожиданно получили море удовольствия. Коротышки оказались на удивление приемисты и маневренны.

О скорости спуска речи, разумеется, не шло, ибо эти огрызки устойчиво ведут себя лишь в дуге, но все остальное… Вплоть до забегов коньковым шагом в гору! Исчезающие малые радиусы поворота и заезды спиной вперед! Конечно, лыжам это не замена, но удовольствия мы получили море, несмотря (а может благодаря) на некоторую нетрезвость. (А у поляков, между прочим, поллитровая водка продается в одной упаковке с апельсиновым соком… Сервис! И колбасу продают уже порезанную, жаль только слишком тонко.) А напоследок, видимо спьяну, я попробовал и сноуборд. Непривычно ловить равновесий вперед-назад, вместо влево-вправо и ноги прибитые к доске, но в целом ничего особенного… Можно спускаться и на этом. И даже получать от этого удовольствие. Но только при условии полного отсутствия лыж в пределах досягаемости!

Тут просится очередное лирическое отступление насчет длины и формы лыж. Привыкнув к классике и сломав ее я пересел на карвы (ввиду полного отсутствия лыж классической геометрии), о чем, впрочем не пожалел и тут же попробовал сноублейд. Далее все изложенные ниже соображения есть сугубо личное мнение на истину в последней инстанции не претендующее, но имеющее для меня особую ценность, поскольку это именно мое личное мнение. Такой вот опыт радикальной смены лыж (наверное, не очень богатый по сравнению с теми кто вместе с мамбой участвовал в ски-тестах) только укрепил меня во мнении, что дележ лыж на категорическую классику и карвы просто не оправдан.

Любая лыжа имеет носок, талию и пятку, при этом талия всегда уже носка и пятки, иначе просто не повернешь. Поэтому точно сказать при каком соотношении размеров носка, талии и пятки заканчивается классика, и начинаются карвы просто невозможно. Тем более есть еще такой параметр как длина лыжи. Или оперируя величиной которая завязана на все размеры не понятно при каком радиусе поворота начинаются карвы. Тем более что явно классический «Фишер» (в ростовке под два метра) с геометрией 80-60-70 в ростовке около 160 имеет радиус поворота порядка 25-30 метров и лыжи позиционируемые как карвы в ростовке 190 имеют тот же самый радиус поворота… Так вот, при переходе с классики на карв я не ощутил каких-либо глобальных перемен. По-прежнему остались две техники поворота – со сбросом пяток и с прорезанием дуги без поперечного проскальзывания, просто стало проще резать дуги меньшего радиуса.

В дугах совсем маленького радиуса сбрасывать пятки по-прежнему приходится. Лыжи с бОльшим боковым вырезом ощутимо лучше ведут себя в мелких поворотах, значительно лучше отзываются на закантовку, меньше гасят скорость при мелких и частых поворотах, за счет меньшего сброса пяток. Но ощутимо хуже при параллельном ведении без поворотов – их начинает «разносить» при меньшей скорости чем классику, а для полной их управляемости приходится периодически класть их в пологие дуги. Применительно к моим лыжам, переход на карв плюс, а не минус – улучшение в маневренности без сброса пяток и отзывчивость на закантовку улучшились сильно, а ухудшение в езде по прямой не слишком большое. Ходить по буграм на них можно и должно – я просто легче вписываюсь в бугры за счет улучшившейся маневренности – стало проще «стекать» между ними. От целины тоже плохого не жду – карвы по площади больше классики, значит лыжа будет «всплывать» в целине при меньшей скорости. Так что, в целом в основном плюсы (правда с учетом того, что мои карвы имеют длину 188).

Очевидно, что более короткие карвы (сноублейд – крайний случай) ведут себя еще более характерно – хуже на прямой, но более маневренны. Что подтверждает банальную истину, о том, что для каждого типа склона (и лыжника) в идеале нужны лыжи со своей геометрии. По моим теперешним ощущениям я хотел бы в качестве универсального инструмента лыжи длиной около двух метров (200-210), с геометрией вроде моих Volkl «P50 race Carver» или «7 24», с радиусом поворота (в двухметровой ростовке около 30 метров, но пожестче (это для собственного роста 190 и веса 110). Все-таки длинные лыжи мне нравятся больше! Кстати, со сноублейдом можно попасть в забавную ситуацию – тормозишь «по-хоккейному», а длины канта лыжи просто не хватает, чтобы тебя удержать…

И вот оно, заветное утро. Очередь велика, а наверх забрасывает маятниковая канатная дорога, такая же, как на Эльбрусе – двадцать человек в вагончике. Собственно и вагончиков тоже как на Эльбрусе два — с Кузниц (1028 м) на Мысленицке Турне (1352 м) и второй на Каспровый Верх (1959 м).

pol-05-img_3112_lНа Эльбрус похоже, но с одной стороны гора серьезно пониже, а с другой очередь серьезно побольше. Бодрый женский голос регулярно произносит, что каждый подъем может быть «остатний» — в переводе с ломаного украинского «последний». В связи с этим из очереди безжалостно выгоняются все пешеходы без инструмента и билетики на спуск не продаются. Дорога явно в один конец – туда подняли, а вниз как хочешь.

Особенно приятно тем, кто купил билетик в городе или отстоял пару часов в очереди – деньги никто возвращать не собирается, предлагается прийти и попробовать подняться завтра. Вообще, счастье наше под вопросом – табло внизу показывает скорость ветра 16 метров в секунду, а подъемник закрывается при пятнадцати…

Хотя меня терзают смутные сомнения – сверху в вагончике какие-то немногочисленные люди спускаются, может дело в банальной коммерции – билет туда и обратно стоит 29 злотых, а по отдельности туда и обратно 19 и 15.

Стоим… На третьем часу ребенок хочет домой и ненавидит лыжи всей душой, а жена изводит рассуждениями о том, что по черным трассам она может не спуститься, а обратно вагончик не ходит и может мне ехать без нее, а еще лучше вообще не ехать.

Соблазн вообще никуда не ехать велик. Но я вспоминаю рыжую от песка Губаловку, то, что мы стоим уже почти три часа, и решаю остаться. В то, что на маятниковой канатке никого не берут вниз, я не верю, и «черность» польских трасс тоже вызывает большие сомнения. Интересно то, что в этом месте главное – попасть наверх, а от вершины идут две трассы (якобы черные) со своими кресельными подъемниками в Долину Горычкову и Долину Гонсеницову, у которых пропускная способность значительно выше.

И вот, отстояв без малого четыре часа, мы загружаемся в вагончик. Чем дальше, тем интереснее, горы становятся больше похожи на горы, а ветер поднимает снежные смерчики над гребнями скал. Проходим через станцию канатки, а наверху по-настоящему красиво!

Похоже, здесь вечный ветер. Стоящая тридцатью метрами выше подъемника метеостанция, опоры подъемника залеплены толстым слоем снега. Я еще не оценил это место как лыжник, но как фотографу оно мне явно нравится. Вот только чаши с отвесными краями не наблюдается… Честно говоря, я действительно был готов встретить на черной трассе описанную соратниками чашу с отвесным краем и даже был готов в нее прыгать в расчете именно на чашеобразность дна. А чаши нет.

Есть похожий на терку склон изрядной ширины и небольшой чашеобразности, которая на фоне большой ширины практически не заметна. С весьма средним уклоном, во всяком случае, 45 градусов он явно не превышает. Может чаша дальше? «Где?!» — грозно вопрошаю я соратников, побывавших здесь в прошлом году. «Извини, — разводят они руками, — мы были здесь еще до того, как побывали на Эльбрусе, нам все казалось настоящим…».

Неожиданный поворот… А ведь действительно есть такой эффект – побываешь в настоящих горах, освоишь серьезные склоны и что дальше? На более простые уже смотреть не захочется. Но все равно, это гораздо лучше, чем лягушатники типа Шишевой поляны и Губаловки.

Бугры, кстати, очень характерные – по левой стороне узкая полоска бугров вертикальных для тех, кто трассу черной не считает, правее широченные террасы для чайников. Загоняю семейство на склон, и мы едем вниз. Ребенок вообще не осознает, что он на «черной» трассе, ему «сухо и комфортно», жена «пищит, но едет».

Впрочем, едет достаточно уверенно, хотя и не слишком быстро. Посреди склона ребенок лет пяти, метров на сорок ниже кувыркается тетка. В наших горах положено в такой ситуации ребенка спустить к маме, в польских все едут мимо. Тут вообще все всегда едут мимо, даже если кто-то лежит на склоне без движения. Дикий народ… Кстати, следов спасательной службы тоже не замечено.

Может быть, она и есть, но тщательно скрывается? Право же не знаю… Конечно, горы здесь не серьезные, но все же… Про терскольских и домбайских ребят я точно знаю, что как бы их не обвиняли в разгильдяйстве и отсутствии трезвости, на склон они лезут в любую погоду и народ вытаскивают, не спрашивая номер страховки. Если кто сомневается, пусть присмотрится к табличкам на Эльбрусе – немало народу погибло, спасая кого-то. Впрочем, может быть все дело в том, что горы тут попроще.

Но мы отвлеклись. Подъезжаю к детенышу – «Остался без мамы?» (кивая на все еще катящуюся тетку) «А это не моя мама!» (радостно улыбаясь) «Совсем не жалко?» (подразумевая раскидавшую по склону лыжи и палки тетку) «Неа!» (с энергичным мотанием головой) «Сам спустишься?» — «Легко!» (с обидой и вызовом в голосе).

Что ж, проблемой меньше. Катим дальше. Склон становится уже и переходит в достаточно широкие желоба. Снега здесь все-таки не очень много, хотя состояние его неплохое. По эту сторону гребня он видимо не подтаивал днем, Каспровый верх закрывает склон от солнца, но почему-то совершенно не спасает от ветра. Ветер тут всегда как в аэродинамической трубе. Это красиво, но при ветре больше 15 метров в секунду закрывают подъемники. Полная противоположность Домбаю – там наоборот, солнце все твое, а от ветра склон укрывают соседние горы. А вот и касса подъемника. Один раз наверх 8 злотых, десять раз наверх – 50 злотых.

pol-05-img_3003_lПрикинув возможности семейства, решаю десять не брать. Поднимемся наверх, а с сыном потом спустимся, пока жена придет в себя и захочет спуститься еще раз. И очень хорошо, что абонемент на десять я не взял – стоило только подняться наверх, как подъемник выключили.

Как я понимаю – старинный польский трюк – продать абонемент и вырубить канатку. Деньги назад не возвращаются, их можно откатать завтра (абонемент действителен 28 дней), но для этого надо снова попасть на Каспров верх, отстояв очередь на маятник. И добиваться правды можно, только спустившись вниз к кассе. Не очень понятно, только, что с этой правдой делать, если деньги за неиспользованные подъемы тебе вернут, а обратно наверх поднимать уже не станут. Наверное, можно спуститься к подножию и оттуда, но мы этой дороги не знаем, все спускаются по противоположной стороне горы.

Посоветовавшись, решаем отправить мою супругу вниз вагончиком, как еще не отдохнувшую, а самим спускаться вниз по противоположному склону. Ага, я был прав – вниз канаткой спускают без проблем. Заплати и лети, только так получается на пять злотых дороже, чем купить внизу билетик в оба конца.

А мы огибаем метеостанцию и видим перед собой вторую «черную» трассу. Тухляк, господа офицеры, однозначно тухляк! Сначала просто неширокая и очень пологая сделанная ратраком дорожка, затем широкий и в два раза более пологий чем с другой стороны склон. Кто же тут черный?

Если это черная трасса, то эльбрусский лягушатник тоже надо выкрасить в черный цвет. Единственный нюанс – эта сторона Каспрова верха освещается солнцем гораздо лучше, а ветра тут нет, поэтому снег здесь подтаивал и весь склон представляет собой стопроцентный каток.

Ну и ладно, не приятно, но совершенно не проблемно. Жалея канты, стараюсь ими не тормозить, а резать ими склон как коньками. И не успеваю заметить, как попадаю в лес. В лесу снег гораздо лучше, видимо оттого, что деревья закрыли снежный покров от прямых солнечных лучей, но зато мы имеем ровную лыжню вроде домбайской первой очереди.

Все очень ровненько, полого и не затейливо. Едешь расслабившись на параллельных лыжах (А куда ты из колеи денешься?). И так же незаметно проехав мимо второй неработающей креселки, ведущей на Каспров верх, оказываемся внизу у маятникового подъемника.

Жена в недоумении – она тоже только что спустилась и не ждала нас так быстро. Итого: четыре часа в очереди, а спуска с Каспрова верха в исходную точку занял чуть больше десяти минут. Здесь явно не горнолыжный рай… Насчет склон «удовлетворит любого опытного лыжника» поляки явно погорячились. Да и обозвать эти трассы черными можно было только от великой польской гордости. Хотя по сравнению со всеми остальными склонами это явный прогресс.

Что ж, решаем на следующее утро снова ехать на Каспров верх ввиду бесперспективности всех остальных мест. И ехать пораньше, чтобы успеть забраться наверх, пока очередь не набежит. Увы! Приехав к семи, мы обнаружили очередь примерно на час (с учетом того, что подъемник начинает работать в восемь – на два).

И приготовились стоять насмерть (особенно те, у кого были на руках не использованные вчера абонементы). А еще через несколько минут услышали, что ветер наверху более 30 метров в секунду и подъемник сегодня вообще работать не будет. Впрочем, за те пять минут пока мы решали, что делать дальше, разбежавшуюся очередь сменила точно такая же из вновь прибывших, еще не осознавших, что сегодня «кина не будет». А кругом была практически весна, и температура приближалась к плюс десяти. Решив, что заключительное катание явно не удалось, мы отправились зачехлять лыжи и обходить окрестные кафе, чтобы компенсировать моральный ущерб.

Лыжи в Польше для нас закончились, остались только кафе и поход по старому Кракову на обратном пути. А Краков понравился очень. Пожалуй, я не буду описывать все что видел, ни миниатюрный королевский замок над Вислой (не чета Питеру, но очень мил и мал), ни статую дракона на Смоковой ямой (похоже, смок-дракон работы Церетели, но поляки в этом не сознаются), ни величественных костелов (фотографировать внутри нельзя, но, поскольку они не розумиют по-русски, а я по-польски, мы быстро договорились, что мне можно фотографировать, но без вспышки, и тут они правы, потому что фотографировать картины и костелы со вспышкой – варварство), ни голубей на краковской площади, которые садятся тебе на плечи. Я просто разложу перед вами несколько фотографий, и, быть может, вы тоже увидите тот Краков, который так понравился мне.

volohov